Чтобы поддержать наш ресурс
разместите на своём сайте, блоге или в профиле блок новостей
|
Я к вам травою прорастуЧерез историю одной семьи авторы фильма выходят на рассказ об одной из величайших трагедий ХХ века – о расстреле на Бутовском полигоне. В центре повествования – судьба Анны Тимиревой, гражданской жены адмирала Колчака, и ее сына, невинно осужденного на смерть. Этот фильм – светлая печаль о трагических жизнях, которые не заканчиваются смертью… Крест
Из небытия Год выпуска: 2005 Это рассказ о двух историях любви, матери и сына, в которых отразилась трагическая история XX века. За свою любовь к адмиралу Колчаку, расстрелянному советской властью в 1920 году, Анна Васильевна Тимирева заплатила тридцатью годами тюрем, лагерей, ссылок. Тень ее опальной судьбы пала и на ее сына Владимира Тимирева, молодого талантливого художника, в мае 1938 года по ложному доносу расстрелянного на Бутовском полигоне под Москвой. Рядом с Володей Тимиревым на Бутовском полигоне покоятся десятки тысяч жертв сталинского террора – священников, офицеров, художников, инженеров, крестьян, рабочих – всех, из кого слагается слово «народ»… Приз за лучший документальный фильм на ХI международном фестивале фильмов о правах человека «Сталкер», декабрь 2005 г. Согласно старой истине, война считается законченной, когда похоронен последний погибший на ней человек. Исходя из этого, автор сценария Александр Иосифович Липков выразил надежду, что фильм хоть чем-то поможет тому, чтобы далёкая Гражданская война, развязанная в 1917 г., когда-нибудь, наконец, была завершена. Алексей Юрьевич Колесников – режиссёр фильма – рассказал, что первоначально был задуман фильм только о трагической судьбе Володи Тимирёва. Но, побывав на Бутовском полигоне, создатели фильма поняли, что его история неотделима от судеб многих тысяч невинных людей, как и он, встретивших здесь свой последний страшный час. Среди них были священники и офицеры, инженеры и художники, рабочие и крестьяне, - на Бутовском полигоне было расстреляно и захоронено 20 761 человек. В результате получился фильм о времени, когда адская машина «фабрики смерти» отличалась неразборчивостью и, что особенно чудовищно, зачастую бессмысленной жестокостью. Один из палачей, принимавший участие в массовых расстрелах на Бутовском полигоне, сказал: «Мало мы расстреливали, надо было больше». По словам режиссёра, во многом фильм адресован и тем, кто думает так же. Отзывы первых зрителей А.Ю.Колесников пообещал учесть при доработке фильма перед показом по телевидению. Расплата за любовь Фильм опишет долгий путь и вернется к своему началу. К героям, драматической повестью о которых началось это документальное повествование. К финалу их жизни. Но не только их - еще десятков, сотен, тысяч судеб, загубленных властью большевиков. Два главных героя картины "Я к вам травою прорасту..." уже вошли в трагический отечественный поминальник - адмирал Александр Колчак и его гражданская жена Анна Темирева. Двое безоглядно полюбивших друг друга. Уже их первая встреча в 1914 году таила близкий и страшный финал. Но ничто не могло остановить людей ни тогда, ни позже, когда беда наступала на них со всех сторон, замыкала в глухую блокаду. О романе Колчака и Темиревой давно многое стало известно. Опубликованы воспоминания героини, роман Владимира Максимова, основанный на реальных фактах. Не обошло стороной эти романтические страницы и телевидение. Но в картине "Я к вам травою прорасту...", снятой молодым режиссером Алексеем Колесниковым по сценарию Александра Липкова, появляется третье лицо, не менее значимое в общей экранной истории: сын Анны Васильевны Темиревой Владимир Темирев, или "Одя", как звали его близкие. Жертва чудовищных сталинских репрессий. И жертва, невольно принесенная его матерью на алтарь ее горькой любви к Колчаку. Судьба Володи Темирева здесь лейтмотив, ведущий голос, который в предфинальных и финальных частях сольется с остальными голосами людей, расстрелянных в конце 30-х годов прошлого века под Москвой, на Бутовском полигоне. Портреты героев чередуются с хроникой, воспоминаниями тех, кто встречался с Темиревой и ее сыном, в том числе племянника Анны Васильевны Кирилла. Из этой мозаики складывается не только облик Темиревой, возникает как бы ее родовое древо, до этого малоизвестное. Прежде появлялись только короткие воспоминания о ее отце, ректоре Московской консерватории Василии Сафонове. В картине дан экскурс в прошлое семьи, самого Сафонова - выпускника Александровского лицея, того самого, пушкинского, дирижера, руководившего симфоническими оркестрами Нью-Йорка, Лондона. На некоторых фотографиях рядом с Темиревой снят очаровательный мальчик, унаследовавший изысканность матери. Володя прожил всего двадцать четыре года. Он был одаренным живописцем, графиком, иллюстратором детских книжек, часть которых сохранилась и запечатлена в картине. В повесть о любви Анны и Колчака врывается еще одна романтическая история. Наталия Алексеевна Кравченко (это девичья фамилия еще одной героини картины, подруги Володи) рассказывает о своем чистом, ясном романе с Темиревым. Об их резко, внезапно оборванной любви. В эти минуты очень немолодая женщина становится похожа на свои юные портреты, где она прелестна, как в ту пору, когда каталась на лыжах с Володей на Воробьевых горах, сломала ногу, и он долго нес ее на руках домой, и оба они были бесконечно счастливы и полны надежд. Возникает любопытный эффект. Поэтическая волна, рожденная рассказом Наталии Алексеевны Кравченко, немногими сохранившимися снимками, хроникой - иные люди, иные лица! - продолжается, но уже в другом ракурсе. Это объединяет поколения, расширяя рамки катастрофы, начавшейся в 1917 году. Колчак расстрелян. Темирева в тюрьме, куда попадает и Володя - только за то, что он ее сын. Арестованный, оказавшийся в застенках Лубянки, где его, конечно, под пытками заставили подписать признание о том, что он завербован немецкой разведкой для сбора сведений о торговой флотилии Каспийского моря. Тем более при аресте у Владимира были найдены "подтверждающие" его признание улики: шпага и кортик отца Владимира, адмирала Сергея Темирева... Вторая серия картины возвращает зрителей к прямой публицистике, документальным лентам первой половины 90-х прошлого века, когда хотелось, надо было во весь голос говорить о страшном прошлом. То были в основном фильмы информативные, яростно разоблачающие, взывающие к расплате. Возможно, эмоции и обилие найденной хроники помешали авторам сделать картину более упругой, пожертвовав повторами, а их немало. Возможно, достало бы одной часовой серии, но чувства захлестнули... |
|
|
Всего комментариев: 0 | |